«Мама, посмотри: я — девочка!»
Jan. 11th, 2012 11:49 amЧетырехлетний пацан надевает родительскую майку заявляет: «У меня платье! Я девочка!»
Наблюдать реакцию большинства взрослых и смешно, и грустно. Они в первую очередь пугаются в духе «все ли у ребенка в порядке с гендерной самоидентификацией», а во вторую считают нужным эти игры как-то прекратить.
Когда ребенок точно так же играет в то, что он котенок или зайчик — они не беспокоятся, все ли в порядке с видовой самоидетификацией. Когда он играет в Маквина или Тоторо — никому в голову не придет видеть в игре что-то кроме игры.
Вот запрет такой игры, по-моему, куда травматичнее для детской психики. Почему в зайчика играть можно, в пирата можно, а в девочку вдруг нельзя?
Наблюдать реакцию большинства взрослых и смешно, и грустно. Они в первую очередь пугаются в духе «все ли у ребенка в порядке с гендерной самоидентификацией», а во вторую считают нужным эти игры как-то прекратить.
Когда ребенок точно так же играет в то, что он котенок или зайчик — они не беспокоятся, все ли в порядке с видовой самоидетификацией. Когда он играет в Маквина или Тоторо — никому в голову не придет видеть в игре что-то кроме игры.
Вот запрет такой игры, по-моему, куда травматичнее для детской психики. Почему в зайчика играть можно, в пирата можно, а в девочку вдруг нельзя?
no subject
Date: 2012-01-11 12:59 pm (UTC)Хорошо, что эту тему завели, mfrid, иначе я так бы машинально и направляла дочь в "правильные" гендерные роли, т.к вот над этим
"Дети ж в первую очередь играют в то, что читают в книгах и видят в кино. Причем в понятные им действия.
Чем занимаются мушкетеры? -- дерутся с гвардейцами кардинала.
Что делают индейцы? -- выслеживают кого-то в лесу.
Что делают пираты? -- закапывают клады" вообще не задумывалась.
P.S. "В детстве ведь играешь в привлекательную модель поведения, кто же захочет играть в обслуживающую куклу и рабов (не сопротивляющихся, особенно)?" - т.е никаких других моделей женского поведения ребёнок в упор не видит?
Ну такой вариант мне тоже не очень нравиться, я бы расширяла картину мира и рамки "женской доли" для девочки.