О дурной наследственности
Dec. 18th, 2005 11:23 pmКак метко заметила одна знакомая (возможно, цитируя учебник), знание и тщательное описание симптомов не означает верно поставленного диагноза.
Некоторое время назад все были убеждены, что черты характера — штука врожденная и наследуется так же, как и внешность. Вроде, если уж негодяй — значит, уродился негодяем, а все потому, что и папа у него был негодяй.
В то же время есть ряд весьма любопытных литературных примеров. Например, у Дюма в романе «Граф Монте-Кристо» фигурирует негодяй — незаконнорожденный сынок Вильфора, которого родители сочли мертвым и тайно закопали, а простые люди откопали и воспитали. Авторская мораль однозначна: порочные черты унаследованы от отца и усугублены незаконным происхождением. Но как приемные родители воспитывали мальчика! С малолетства объясняли ему, что он знатного происхождения и гораздо выше их, и баловали, как могли в силу скромных возможностей, постоянно сетуя, что он не получает того, чего достоин. Что еще могло вырасти из ребенка в таких условиях?
Еще более интересная ситуация с пресловутым Франкенштейном, в смысле, его Созданием, хотя наследственность там и не при чем. По тексту романа ни из чего не следует, что Создание изначально злобно и порочно. Напротив, оно очень старается быть хорошим и подружиться с людьми. Однако реакция людей на его ужасную внешность, незаслуженные обиды и преследования превращают его в озлобленного монстра. Довершает дело предательство Франкенштейна, обещавшего создать ему пару и не выполнившего обещание. Почему же считается, и до сих пор считается, что Создание — изначально Монстр?
Некоторое время назад все были убеждены, что черты характера — штука врожденная и наследуется так же, как и внешность. Вроде, если уж негодяй — значит, уродился негодяем, а все потому, что и папа у него был негодяй.
В то же время есть ряд весьма любопытных литературных примеров. Например, у Дюма в романе «Граф Монте-Кристо» фигурирует негодяй — незаконнорожденный сынок Вильфора, которого родители сочли мертвым и тайно закопали, а простые люди откопали и воспитали. Авторская мораль однозначна: порочные черты унаследованы от отца и усугублены незаконным происхождением. Но как приемные родители воспитывали мальчика! С малолетства объясняли ему, что он знатного происхождения и гораздо выше их, и баловали, как могли в силу скромных возможностей, постоянно сетуя, что он не получает того, чего достоин. Что еще могло вырасти из ребенка в таких условиях?
Еще более интересная ситуация с пресловутым Франкенштейном, в смысле, его Созданием, хотя наследственность там и не при чем. По тексту романа ни из чего не следует, что Создание изначально злобно и порочно. Напротив, оно очень старается быть хорошим и подружиться с людьми. Однако реакция людей на его ужасную внешность, незаслуженные обиды и преследования превращают его в озлобленного монстра. Довершает дело предательство Франкенштейна, обещавшего создать ему пару и не выполнившего обещание. Почему же считается, и до сих пор считается, что Создание — изначально Монстр?
Re: Про Эсмеральду
Date: 2005-12-29 04:50 am (UTC)Ну, я -- точно; у меня каша из мюзикла и прочих перепевов в голове.
Если вы о матери Эсмеральды, то напоминаю, что мать ее была той самой ветошницей, сидящей в подвале, что Эсмеральда ее дочь она узнает по башмачку почти в финале романа и ей даже удается ее в том подвале спрятать, выломав внешнюю решетку, видимо от ужаса, что она сама изловила ненавистную цыганку и солдат позвала. Кто велел Эсмеральде из того подвала выскакивать, заслышав голос Феба, это уже второй вопрос. Что узнает мать о казни Эсмеральды, насколько я помнею, Гюго не оговаривает, просто сообщает, что ветошница куда-то исчезла, но здесь я могу ошибаться.
Идея о положительности Квазимодо довольно свежа. Что он отличался жестокостью и единственным, кто мог его усмирить был священник (не помню, как этого Фролло зовут) у Гюго сказано открытым текстом. Напоминаю еще, что Квазимодо был тем самым подкидышем, которого бывшей
проститутке - матери Эсмеральды - подбросили цыгане взамен украденной доченьки.
Как время будет, загляну в роман и уточню, если что-то напутала: читала давно, правда, неоднократно.